Моя бабушка живет очень далеко от нас, в маленьком городке на Урале. Я был у нее однажды, давно, два года назад. И почти ничего не помню.

То есть помню, конечно. Лето, бревенчатый дом и всегда распахнутые настежь окна. Одно окно выходит в огород, а два других — в тупичок. И там большая поляна, высокая трава, а в траве с утра до позднего вечера стрекочут кузнечики. Воздух звенит, и весь бабушкин дом полон этим стрекотом.

Вот и все, что я помню.

Сегодня пришло письмо от бабушки. Мама вернулась с работы и вытащила его из почтового ящика.

— Какая радость, — сказала мама мне, дочитав письмо до конца. — Бабушке наконец-то поставили телефон! Теперь мы сможем с ней разговаривать. Звоним немедленно?

— Конечно, — согласился я.

Мама набрала длинный номер и сунула трубку мне.

— Давай, ты первый! Разговаривай с бабушкой!

В трубке раздались длинные гудки, а затем я услышал незнакомый пожилой голос.

— Ну, говори! — подтолкнула меня мама.

— Бабушка… — начал я, и вдруг понял, что не знаю, о чем говорить.

— Кто это?… — спросила трубка. — Кто говорит?…

— Скажи, что ты бабушку любишь!… Что мы её часто вспоминаем!… Что ждем в гости!… — настойчивым шепотом стала подсказывать мама. — Говори же, не молчи!

А я вдруг вспомнил цветущую поляну под бабушкиным окном и высокую траву.

— Бабушка, — спросил я, — а кузнечики у тебя стрекочут?

— Кузнечики? — я услышал, как дрогнул голос моей бабушки. — Да, сейчас я распахну окно…

Прошло всего несколько мгновений, и я услышал, как весь бабушкин дом наполнился волшебным стрекотом неутомимых кузнечиков.

— Послушай, сын, ты будешь разговаривать?! — затормошила меня мама. — Время идет! Скажи бабушке, что целуешь ее!… Я тоже скажу несколько слов… после тебя!

Я молча протянул маме трубку. Мама покачала головой, прижала трубку к уху… и замерла. А потом я увидел, как в глазах у мамы появились слезинки.